В научных кругах России недавно заговорили о проекте, который когда-то стал символом амбиций Советского Союза, но был отвергнут из-за огромных рисков и общественного давления. Отделение наук о Земле Российской академии наук (ОНЗ РАН) предложило изучить возможность перенаправления части стока реки Обь в Узбекистан и другие страны Центральной Азии, чтобы помочь с дефицитом воды в регионе.
Это не фантазия – решение приняли на октябрьском заседании совета ОНЗ РАН "Водные ресурсы суши", и ученые планируют обратиться в Минобрнауки за финансированием исследований. Современный вариант отличается от советского: вместо открытых каналов предлагают закрытый трубопровод из полимерных труб, что якобы минимизирует экологические потери. Стоимость проекта оценивают минимум в 100 миллиардов долларов, а сроки реализации – не менее десяти лет, но даже на этапе обсуждения идея вызывает жаркие споры среди экспертов и общественности.
Проект касается не только Оби – на заседании упоминали и переброску стока Печоры и Северной Двины в бассейн Волги для нужд южных регионов России. Академик Роберт Нигматулин, выступивший на совете, подчеркнул: в Центральной Азии дефицит воды приводит к засухам и падению урожайности, а население растет, достигая 80 миллионов человек. Переброска 20–70 кубических километров воды в год – это лишь малая часть общего стока Оби в 3000 кубических километров, – могла бы смягчить кризис и даже снизить тепловую нагрузку на Арктику. Но критики видят в этом повторение ошибок прошлого.
Советский замысел: от энтузиазма к отказу
Идея перенаправления сибирских рек возникла еще в XIX веке. В 1950-х казахский академик Шафик Чокин возродил тему, а в 1960–1970-е проект стал всесоюзным приоритетом: на XXV съезде КПСС в 1976 году приняли решение о переброске в Казахстан и Среднюю Азию. Планировали каналы длиной тысячи километров, водохранилища и насосные станции. Работы велись два десятилетия.
Но энтузиазм угас: ученые предупреждали о рисках – опустынивании Западной Сибири, изменении климата и потере биоразнообразия. Экологи аргументировали, что сток Оби – ключ к плодородию тундры. В 1986 году, на фоне перестройки и бюджетного дефицита, Политбюро ЦК КПСС прекратило проект: постановление от 14 августа отметило необходимость "дополнительного изучения экологических и экономических аспектов". Это стало первой победой общественности над мегапроектом, где писатели и фильмы сыграли роль катализатора. В итоге СССР сэкономил триллионы рублей, но Арал высох, усугубив кризис в Средней Азии.
Причины возрождения: дефицит и экономика
В 2025 году проект вернулся в повестку из-за острого водного голода в Центральной Азии: Аральское море сократилось на 90%, реки Сырдарья и Амударья мелеют, а население растет на 2% ежегодно. Академик Нигматулин отметил: без внешней помощи регион рискует потерей 30% урожая, что ударит по продовольственной безопасности.
Переброска могла бы создать рабочие места в Сибири – от производства труб до строительства – и принести доход от "экспорта воды", пополняя бюджеты Тюменской и Новосибирской областей. Компания "Полипластик" уже подготовила материалы по трубам, способным качать 5,5 миллиарда кубометров в год.
Эксперты оценивают выгоды: водопровод усилит связи с Узбекистаном и Казахстаном. Но реализация требует координации с несколькими странами, включая Китай. Внутренний приоритет – юг России: переброска в Волгу решила бы проблемы Крыма и Ставрополья, где засухи угрожают сельскому хозяйству.
Критика экспертов: экология и политика
Не все разделяют оптимизм: заведующий лабораторией водной экологии Института водных и экологических проблем СО РАН Владимир Кириллов назвал проект нецелесообразным. С экологической точки зрения переброска нарушит баланс Оби, где сток питает болота и леса, а политически – нереализуема из-за разногласий между странами. "Страны региона не договорятся, – сказал Кириллов. – Лучше провести совместные исследования, но прогноз – проект не взлетит". Экологи предупреждают: даже трубопровод вызовет вибрации почвы и потерю воды на испарение, а в Сибири вырастет риск подтоплений.
Андрей Медведев, вице-спикер Мосгордумы, назвал идею "предательством национальных интересов": ресурсы России нужны дома, а не на экспорт. Ученый Михаил Болгов добавил: финансовые затраты – 100 миллиардов долларов – превысят выгоды, особенно когда в стране есть внутренние проблемы. Критики ссылаются на советский опыт: там проект стоил бы триллионов, и отказ спас экосистемы.
Угрозы миграции: 100 миллионов под вопросом
Обсуждение проекта совпало с заявлениями из Средней Азии: доцент Ташкентского филиала РЭУ им. Плеханова Равшан Назаров на брифинге предупредил, что без воды регион достигнет 100 миллионов жителей, и Россия столкнется с "наплывом беженцев". "Дефицит доверия или воды? – задал он риторический вопрос. – Если не поделимся, ждите миллионов". Это эхо советских страхов: тогда миграция из-за засух уже беспокоила, а сейчас, с ростом населения на 80 миллионов, угроза реальна.
Эксперты отмечают: миграция уже растет – в 2024 году в Россию приехало 4 миллиона из региона, – и вода могла бы смягчить поток, создав рабочие места на родине. Но Кириллов скептичен: "Лучше развивать опреснение и орошение локально, чем рисковать сибирскими экосистемами". В контексте Узбекистана, инвестирующего 100 миллиардов долларов в США, такие заявления звучат как давление, и российские ученые подчеркивают: проект – для диалога, а не ультиматума.
https://dzen.ru/a/aRyncAAZmHYJHReo?ysclid=mihh5apft8459789500
Комментарии 0
Оставить комментарий