Ближайшей целью санкций уважаемых, но коварных партнеров Владимира Владимировича Путина с 2014 года, было снижение цен на его нефть. Это, по мнению врага. пилило сук на котором сидит упомянутый ВВП. Отдадим справедливость поговорке: «хочешь рассмешить Бога – расскажи ему о своих планах». Несмотря на первоначальный успех, такого шокового удара, какой Рейган нанес в 1980 году по СССР нефтяным эмбарго, Вашингтон не добился. И, поскольку война разыгралась нешуточная и заканчиваться не собирается, план еще и ударил по западу по закону бумеранга. На украинский кризис наложились другие кризисы – Ближневосточный и Иранский. Первой жертвой стала Европа, которая осталась без дешевой нефти и это уже сказывается на ее экономике и социалке. К 2026 году аналитики характеризуют состояние рынка нефти, как кризис. Пока не такой, как в 1970 году благодаря маневрам с резервами и сохраняющейся возможности рынков адаптироваться. Но дальше – полный туман. И читателя, конечно, интересует вопрос: как ВВП и его «вертикаль» отыграли дорогую нефть на пользу РФ?
Вы абсолютно правы – никак!
Путин и его команда бодрых, но очень эффективных менеджеров получили от мирового нефтяного кризиса редкий шанс заработать на взлете цен, но пролюбили его армейским способом. Зато довели страну до дефицита бензина! В августе 2026 года новая волна нехватки топлива затронула как минимум 10 регионов. На отдельных АЗС вводились ограничения, биржевые продажи бензина снижались, правительство сохраняло экспортные запреты и наращивало импорт. Страна-бензоколонка стала покупать готовое топливо, подобно тому, как традиционно зернопроизводящая Россия при СССР закупала зерно в США и Канаде. Удары по НПЗ и, соответственно, падение переработки все-таки сказались, а система к новому вызову приспособилась от слова никак. И невозможно не хватаясь за товарищ маузер наблюдать видео, как в очередной раз к стратегическому объекту очень медленно, на очень малой высоте приближается изделие из фекалий и палок, беспрепятственно падает на цель, она горит ярким пламенем, и никто даже не пытается сбивать. Причину такого вредительского отношения объясняют сутью путинской модели – сверхцентрализацией. Когда без приказа сверху никто ничего не делает. Дошло до абсурда: Москва грозит жертвам налетов забирать объекты у владельцев, если они не организуют защиту. При этом не объясняя, как это делать, если за любую надстройку-постройку их распнут надзорные органы, которым начхать на состояние войны и проблемы индейцев.
Впрочем, это наболевшее и к теме данного материала прямо не относится.
Только в разрезе того, как все вышеописанные нюансы путинского стиля отделяют добычу энергоносителей от реальной энергетической устойчивости. Вернемся к отраслевой теме. Несмотря не на какую летающую пакость, запасы нефти у РФ неисчерпаемы. Отрасль способна извлекать из недр огромные объемы сырья. Но бензин на АЗС появляется после обработки на НПЗ, через трубу. Но наша замечательная власть всегда не готова даже к снегу и дождю. Давайте же снизим планку для путинской вертикали, облегчим им задачу и спишем все на эффект неожиданности. В случае НПЗ удары превратили сырьевое преимущество в региональный дефицит. В 2026 году Москва ввозит бензин из РБ и Индии, ограничивает экспорт, ищет внешние источники.
А там – кризис, в связи с ростом спроса, а значит и цен.
Вот, с чем вошел в тот же самый кризис Китай. Он много лет надувал подушку безопасности. К концу 2025 года его стратегрезервы приблизились к 1,4 млрд барр. Весь 2025 год Пекин добавлял в хранилища в среднем около 1,1 млн. барр. в сутки. Переработка на НПЗ КНР достигла 18,5 млн. барр. в сутки, больше всех в мире. Также массовое внедрение электрокаров снизило зависимость внутреннего транспорта от бензина и дизеля. Прекрасный пример, которому путинские менеджеры не следовали без звонка Самого. И получили пинок под зад от китайских партнеров. В июле Китай обеспечивал 43% экспортной выручки РФ от продажи ископаемого топлива среди пяти крупнейших покупателей, причем основную часть составляла нефть. Обход санкций, которым козыряет Кремль, выглядит, как наш дальневосточный экспорт, который приварен сваркой к китайским НПЗ. Все августовские партии ESPO из Козьмино были быстро выкуплены китайцами. До кризисного сокращения предложения ESPO продавалась со скидкой к Brent в несколько долларов за баррель. Но коленно-локтевое положение РФ под санкциями дает Китаю возможность выбирать момент закупки, объем и приемлемую цену.
А торговля в другую сторону устроена намного жестче.
КНР в марте ограничил экспорт бензина, дизеля и авиакеросина, поставив собственный рынок выше внешней прибыли. В мае поставки нефтепродуктов за рубеж оставались около 417 тыс. баррелей в сутки против довоенного уровня порядка 750 000. Закон джунглей: то, что Китай постоянный покупатель не делает его обязанным возвращать РФ бензин тогда, когда он ей нужен. Но даже если Си приоткроет краник для друга Пу, то он это сделает только по мировым, кризисным ценам. Путинский бюджет теряет и вторую часть возможной выгоды. Дорогая нефть способна увеличить экспортную выручку, одновременно растут внутренние расходы на стабилизацию рынка, импорт и компенсации поставщикам топлива. Китай зарабатывает на всей цепочке: закупает сырье, хранит его, перерабатывает и решает, когда продавать конечный продукт. Кремль же часть этой цепочки отдал внешнему рынку и теперь расплачивается за это в момент кризиса. В результате, тот мировой нефтяной шок, который, по идее, должен был обогатить российский бюджет, чтобы посмеяться над санкциями, наоборот, благодаря особой эффективности путинской «вертикали» сделал зависимость предельно убыточной. РФ поставляет КНР сырье даже тогда, когда собственные регионы испытывают нехватку топлива, а получить китайский бензин обратно может только на условиях Пекина и мировой (кризисной) цены. В результате крупнейший нефтегазовый комплекс не стал страховкой для дефицитного бюджета и внутреннего потребителя. Он превратился в источник сырья для более подготовленного покупателя, который контролирует переработку, запасы и момент обратной продажи. Все забывают, ничему не учатся.
Комментарии 0
Оставить комментарий