Нефть не кормит

Война в Иране, временное снятие санкций США с российской нефти и рекордные субсидии из бюджета — не помогли «Роснефти» улучшить финансовое положение.

Первое полугодие 2026 года крупнейшая нефтяная компания России, на которую приходится каждый второй извлеченный из недр баррель, завершила с падением чистой прибыли, следует из ее отчетности по МСФО.

За 6 месяцев «Роснефть» заработала 200 млрд рублей — на 18% меньше, чем годом ранее. По итогам второго квартала прибыль сократилась на 26%, до 85 млрд рублей, несмотря на 11-процентный рост выручки (до 2,257 трлн рублей).

С падающей прибылью «Роснефть» работает третий год подряд: в прошлом году она оказалась на 73% меньше, чем в 2024-м; в 2024-м снизилась 14% относительно 2023-го. В этом году по сравнению с показателями того же периода 3-летней давности (652 млрд рублей) полугодовая прибыль «Роснефти» упала в 3,2 раза, следует из отчетности.

«Роснефти» не удалось воспользоваться повышенными ценами на нефть», — констатирует аналитик «Финама» Сергей Кауфман: во втором квартале стоимость российского сорта Urals поднималась выше $100 за баррель, а в Индии он впервые с начала СВО продавался без скидок. Сама «Роснефть» в релизе объясняет происходящее «разовыми факторами», включая «обесценение активов».

Какие именно активы были списаны, «Роснефть» не раскрывает. Ее отчетность публикуется в «крайне сокращенном виде», подчеркивает Кауфман. Вероятнее всего, по финансам «Роснефти» ударили «черные лебеди» — в частности, удары по ее НПЗ, пишут аналитики Альфа-банка. Из-за атак беспилотников «Роснефть» потеряла Туапсинский и Куйбышевский НПЗ (первый простаивает с весны, второй — с начала июня), аварийно останавливала Сызранский, Саратовский, Новокуйбышевский и Рязанский заводы, некоторые по несколько раз.

Согласно отчетности, объемы переработки нефти заводами «Роснефти» во втором квартале упали на 12%, до 19,2 млн тонн. Добыча осталась на прежнем уровне — 44,7 млн тонн, несмотря на повышение квоты России в ОПЕК+. Помимо горящих НПЗ, «Роснефть» могла пострадать от падения спроса на нефть в Китае: в мае–июне он уменьшился на 24% относительно апрельских уровней, указывает Альфа-банк.

«Дополнительными негативными факторами были повышенные дисконты на российские сорта нефти», — отмечает Кауфман. «Роснефть» стала единственной из крупных нефтяных компаний, у кого в первом полугодии упала прибыль, подчеркивает он. Так, например, «Лукойл» заработал 430,5 млрд рублей — в 1,5 раза больше, чем годом ранее, а «Газпром нефть» нарастила прибыль в 1,7 раза — до 286,1 млрд рублей.
Российское сырьё для печатных плат дороже импортного в 8 раз: бизнес просит правительство хоть что-то сделать

В последние годы тема технологического суверенитета стала одной из самых громких в официальной риторике. Однако за декларациями о необходимости импортозамещения и развития собственной электронной компонентной базы по-прежнему не просматривается внятной, системной и просчитанной государственной политики. Более того, государственное регулирование в ключевых отраслях, определяющих будущее промышленности, либо отсутствует вовсе, либо сводится к точечным, зачастую противоречивым и экономически необоснованным решениям.

Очередным подтверждением этого тезиса стала ситуация вокруг производителей печатных плат, которые вынуждены в экстренном порядке обращаться в Минпромторг с просьбой смягчить требования локализации, — и это при том, что речь идет о базовой платформе для всей современной электроники, от серверов до бытовой техники.

Кризис управленческих решений вместо стратегии

Крупнейшие игроки рынка — Yadro, GS Group, «Резонит», «Технотех» и другие участники АНО «Консорциум печатных плат» — были вынуждены публично заявить о рисках дефицита материалов. Причина не в отсутствии стараний со стороны бизнеса, а в том, что государство, ужесточая требования постановления №719, не предложило ни дорожной карты перехода на отечественное сырье, ни механизмов его стимулирования, ни даже элементарной оценки реальной готовности производителей.

Вместо продуманной промышленной политики мы видим административный нажим, который в условиях несформированного рынка локальных материалов грозит обернуться коллапсом.

Производители предлагают не делать обязательным использование российских материалов для признания платы отечественной, пока по каждой ключевой позиции не появится минимум три-пять надежных поставщиков. Это разумное, взвешенное предложение, но оно стало реакцией на отсутствие предварительной аналитики со стороны регулятора.

Где была государственная оценка номенклатуры и доступности материалов? Где были целевые программы по созданию новых производств, пока бизнес в одиночку пытался замещать импорт? Ответ очевиден: государственного планирования в этой сфере не существовало, а когда оно понадобилось, выяснилось, что никакого плана нет.

Экономическая абсурдность как следствие отсутствия регулирования
Главная проблема даже не в дефиците, а в экономике, которую государство попросту игнорирует. По оценкам участников отрасли, материалы формируют более 40% себестоимости печатной платы. При этом отдельные российские аналоги стоят в два, а то и в восемь раз дороже импортных. Китайские платы и сырье сегодня обходятся в среднем на 40–60% дешевле российских. Это не просто ценовой разрыв — это провал государственной ценовой и инвестиционной политики.

Если бы существовала работающая система регуляторного воздействия, включающая субсидирование стартовых производств, компенсацию НИОКР или долгосрочные контракты с фиксированной ценой, такого разрыва бы не было. Но ничего подобного нет.

Более того, государство не контролирует даже то, что формально считается отечественным. Многие материалы, заявленные как российские, сами изготавливаются с использованием импортного сырья и полуфабрикатов, а их реальные характеристики нередко не соответствуют заявленным.

Это прямое следствие отсутствия единой системы сертификации, испытаний и мониторинга качества, которую должно было бы выстроить регулирующее ведомство. Вместо этого Минпромторг ограничивается изменением пунктов постановления, никак не затрагивая глубинные проблемы контроля и стандартизации.

Санкции и логистика — лишь фон для бездействия власти
Ситуация усугубляется санкциями и осложнениями международной логистики, из-за которых поставки импортного сырья становятся все менее предсказуемыми. Однако и здесь государственное регулирование выглядит запоздалым и фрагментарным. Не были созданы альтернативные логистические коридоры, не был проработан механизм параллельного импорта для критически важных материалов, не сформированы государственные запасы сырья на случай перебоев. Бизнес вновь оказался один на один с проблемами, которые должны решаться на уровне правительства.

Особенно тревожным участники рынка называют четвертый квартал — традиционный пик производства электроники, когда любой сбой в поставках может обрушить выпуск готовой продукции.

При этом масштаб проблемы колоссален. По итогам 2025 года российский рынок печатных плат составил 123 млн квадратных дециметров, однако отечественные предприятия выпустили лишь 29,8 млн — около 24% общего объема. Это означает, что три четверти рынка по-прежнему закрываются импортом, а попытка резко форсировать локализацию без внятной системы государственных мер приведет не к росту суверенитета, а к его подрыву из-за остановки производств и скачка цен.

Текущая ситуация — это зеркало отсутствия целостной государственной политики в области технологического развития. Госрегулирование подменяется точечными указами, не подкрепленными ресурсами, временем и анализом. Вместо создания среды, в которой локализация становится выгодной и неизбежной, власть выбирает путь формальных требований, не учитывающих реальное состояние промышленности.