Я не верю в ад. В безработицу верю, в ад — нет
Министр труда Антон Котяков дал большое интервью «Ведомостям» (1 (http://www.vedomosti.ru/management/characters/2026/06/09/1204416-anton-kotyakov-globalnih-izmenenii-po-urovnyu-bezrabotitsi-ne-budet), 2 (http://www.vedomosti.ru/economics/articles/2026/06/09/1204425-glava-mintruda-rasskazal-o-planah-legalizatsii-13-mln-rabotnikov?utm_campaign=vedomosti_public&utm_content=1204425-glava-mintruda-rasskazal-o-planah-legalizatsii-13-mln-rabotnikov&utm_medium=social&utm_source=telegram_ved)), в котором рассказал, как будет меняться рынок труда. Одна из опубликованных статей посвящена изменениям этого важного для наших граждан рынка из-за развития новых технологий.
По мнению министра, роботизация коснется прежде всего рабочих профессий и сферы услуг, а вот искусственный интеллект (ИИ) повлияет на интеллектуальные профессии, в том числе связанные с аналитикой, а также на административную деятельность и работников креативной индустрии (к сожалению, в российских бюрократических кругах на дух не воспринимают творчество, у них есть только креативность, хотя вряд ли кто-то из них смог бы просто и внятно объяснить, что это такое на самом деле).
Теоретически ИИ может иметь существенный потенциал повышения производительности труда, с другой, он может привести к исчезновению некоторых профессий. Некоторые эксперты даже полагают, что ИИ может затронуть 7,5% трудовых функций, причем объем функций, которые можно передать ИИ, для конкретного работника в зависимости от задач может находиться, по словам министра, в диапазоне от 0,1 до 80%. Хотя не очень понятно, кто тогда будет выполнять оставшиеся даже 20%.
Сделаем здесь паузу и перенесемся через океан в США, буквально на днях, опубликовавших свежие данные по безработице. Хотя рынок труда в этой стране в 2026 году был невероятно устойчив к любой текучести, количество заявлений по безработице резко выросло. Причем основной удар пришелся на технологические компании, которые объявили о наибольших сокращениях за два года. Возглавил все причины сокращения рабочих мест именно ИИ.
На него пришлось 40% всех сокращений, объявленных в мае (7% - в январе, 25% - в марте и 26% - в апреле). Рынок труда в реальном времени заменяется технологиями.
Долгосрочная безработица также стремительно растёт, достигнув самого высокого уровня со времён массовых увольнений из-за коронавируса, когда многие так и не вернулись к работе. Это многое говорит об экономическом здоровье страны.
Но вернемся к нам. Российские граждане могут не волноваться, ведь у нас – это другое. Министр уверенно заявляет:
«Глобальных изменений по уровню безработицы не будет».
Вот только согласиться лично мне с ним трудно. И дело не в ИИ, и не в том, что чиновники могут нарисовать любые нужные цифры. Власти всех стран то ли успешно прикидываются, то ли действительно никогда не понимают, что занятость — это всегда запаздывающий индикатор. Предприятия не увольняют работников в тот момент, когда снижаются продажи.
Сначала компании сокращают или замораживают расходы в других областях, приостанавливают набор новых сотрудников и откладывают инвестиции. Только когда спад становится неизбежным, а ресурсы на поддержание текущего положения подошли к критическим значениям или исчерпаны, увольнения начинают ускоряться. Опираться исключительно на сегодняшние данные о занятости и делать вывод, что всё в порядке, — это та же ошибка, которую власти неоднократно совершали на протяжении всей истории.
В текущей обстановке можно с высокой степенью вероятности предположить, что в конце лета и осенью в РФ начнется волна увольнений сотрудников предприятий. Не потому, что они внедрили ИИ, а как результат проводимой Минфином и Банком России на протяжении последних трех лет политики по «охлаждению» экономики. Первые ласточки такого «переохлаждения» уже весной долетели до самого верха, вызвав там открытое неудовольствие. Однако это были только цветочки, ягодки, как и положено, придется собирать осенью.
Комментарии 0
Оставить комментарий